О ведании и видении - Сварожий Спас

О ведании и видении - Сварожий Спас

Перейти к контенту
О ведании и ви́дении.

      Опять возникло желание разобраться в своих внутренних заблуждениях для того, чтобы путём душевных и умственных усилий, открыть для себя наружу то, что лежит глубоко внутри себя самого. Хочется поговорить о двух понятиях, которые в последнее время вошли в обиход общения тех, кто захотел впитать мудрость наших предков и вспомнить о своих корнях.
      Это такие понятия как ведание и ви́ дение. Начнём с ведания. Я бы предложил рассматривать это состояние, как некое состояние души, которая испытывает постоянный голод о знаниях, о мире, о себе. Она пытается насытиться теми чувствами, ощущениями и переживаниями, ведущими к пониманию чего-то нового и неизведанного. Всё это укладывается каждый новый день внутри тебя в довесок уже к тому, с чем ты живёшь, и позволяет следить за изменениями как в себе, так и в Мире.
      Получается, что в основе ведания лежит понимание того, что Мир движется с непрекращающимися изменениями. Иначе говоря, в Мире не существует постоянства, оно живёт лишь в нашем представлении о своём существовании. Ибо невозможно назвать понастоящему живым то, что стоит на месте. А ведь нам ещё с детства говорили о том, что движение – это жизнь. Но многие из нас под спудом суетливых задач выживания в обществе, просто забыли об этом.
      Итак, движение лежит в основе круговращения в жизни, и основным его состоянием является изменчивость. Когда я знаю об этом и принимаю, как один из законов нашего бытия, то мне легко следовать за движением Мира, чтобы совпасть с ним и двигаться в потоках его сил, приходя к состоянию постоянного своего изменения или обновления, для соединения себя с качествами Мира и приобретения ви́ дения.
      Это соединение своих действий и состояний я могу произвести только тогда, когда живу в состоянии «здесь и сейчас». Где я не выпячиваю свою особенность и уникальность. Если же я постоянно выпячиваюсь в Мир через свои желания и торчу своей охотой их достижений, я пытаюсь подмять его под себя, и довести до размеров своих собственных несовершенств и ограничений. И тогда его бесконечность и бескрайность сводится мной только до размеров тех мирков, в которых я осуществляю свои желания и получаю задуманное.
      Но тогда я не могу приобрести ни ведания, ни ви́ дения, потому что они тесно связаны с пониманием постоянного движения Мира в Вечности и Бесконечности. Когда же во мне появляется готовность принять себя и Мир без желания подправить его и изменить для себя, я прихожу к состоянию ведания и ви́ дения, как способности отказаться в себе от того, что мешает мне жить через постоянное обновление своих чувств, ощущений и социального опыта.
      Принимая Мир таким, какой он есть, я могу получить от него силы для изменения своих качеств, и добровольно принять мысль о том, что настоящая жизнь – это постоянная смерть. Смерть как способ отказа в себе от своих несовершенств и заблуждений, и состояние очищения и постоянного обновления.
      Следовательно, для того, чтобы жить полной и полезной жизнью, нужно научиться при ней умирать, и принимать это состояние как необходимое условие возрастания своей Души и Духа.
      Только моё непостоянство и состояние изменчивости может дать мне возможность жить в тех границах Мира, которые позволяют постоянно расширять себя для взращивания новых качеств.
      Таким образом, ведание и ви́ дение являются в чем-то подобными друг другу, так как могут проявиться во мне, только через приятие действительности.
      Моё ви́ дение определяется моим отказом от всего, для меня лишнего, что я на этот момент считаю помехой, для обретения ясности того, что вливает в меня жизнь каждый день. А моё ведание даёт мне силы следовать через изменения к обретению своего естественного состояния, которое проявляется в Мире, как искренность чувств и горение сердца.
      Они связывают мои лишние желания и отводят меня от излишеств, а, значит, и от потери сил. Они также позволяют мне убирать из себя всё то, что необходимо обществу для управления мной, и наполняют новым содержанием и смыслом ту деятельность, которая во мне живёт.
      При этом я должен принять в себе всё без остатка не потому, что я так больше не могу жить, т. е. через насилие над собой или уговоры себя стать лучше, а потому что я принял в себя одну из житейских мудростей, которая говорит о том, что всё что ни делается, всё делается к лучшему. Тогда во мне появится доверие к себе, а, значит, и к миру, и я смогу открыть своё сердце для того, чтобы через состояние приятия жизни во всех её ипостасях и проявлениях или горение показать Миру, что вхожу в него собой для его сотворения. Когда я становлюсь творцом всего, что течёт через меня и желаю расширения блага для Мира, а, значит, для всего, что в нём пребывает, Мир наделяет меня способностью видеть и ведать. В основе приобретённой мной способности лежит признание всего, что происходит со мной в жизни, через состояние радости и благодарения. И тогда моё постоянное изменение и умирание будет пропитано не страхом потерь того, что я уже имею, а согласием приятия того, что меня ожидает. В этих ожиданиях ко мне приходят те перемены, которые открывают во мне новые качества и способности, и я нахожусь в силах делиться этим с Миром.
      Это дарит мне постоянное состояние ликования от того, что я возрастаю над собой «ветхим» и становлюсь способным сегодня вместить в себя от Мира больше, чем вчера.
      Так границы моего ви́ дения и ведания постоянно расширяются и делают мою жизнь осмысленной и наполненной полезным содержанием, как для меня самого, так и для Мира.
      Ведание и ви́ дение, расширяя границы моего познания Мира и присутствия в его изменчивости, позволяют мне осознанно принимать те решения, которые приведут меня к получению благ не через свои необузданные желания, а через согласие Мира предоставить мне это для моего последующего возрастания. Поэтому многим знакомую песню, где звучат слова «не стоит прогибаться под изменчивый Мир, пусть лучше он прогнётся под нас», я считаю песней для тех самоубийц, которые, не обладая различением, стремятся получить желаемое через насилие над Миром, а, значит, и самим собой. Но насилие над Миром может привести только к его разрушению, конечно же, и разрушению всех тех, кто его населяет. Поклонники такого способа утверждения себя в жизни, лишаются не только ведания и ви́ дения, но и всего того, что могло бы принести им в этой жизни радость обновления и благополучия.А мир, который они постоянно пытаются разрушить, в любом случае восстановит справедливость и воздаст каждому по его делам, мыслям и поступкам.
Назад к содержимому